Тут такое дело, друзья... Пятница же, а мы еще ни разу не обсуждали, что пили великие. В буквальном смысле. Порыскав по интернетам, мы в книжной мастерской "Секрет" составили подборку любимых напитков классиков. Давайте-ка проверим, с кем мы совпадаем по вайбу

Русские классики Александр Пушкин — лимонад. Предпочитал работать именно под лимонад домашнего приготовления, который, по мнению Александра Сергеевича, бодрит не хуже кофе. Хотя кофе (холодный) тоже был в числе любимых напитков поэта. Лев Толстой — чай и кумыс. Никакого алкоголя — только чай, который Толстой считал незаменимым для работы и чаевничал до 25 раз в день. Кумыс же Лев Николаевич полюбил после поездки в Самарскую губернию. Федор Достоевский — крепкий черный чай. Причем пил чай Федор Михайлович обычно по ночам, во время работы, с двумя кусками сахара. Пока заваривался чай, мог выпить чашку черного кофе без сахара. Николай Гоголь — грушевый квас. Писатель предпочитал этот напиток всем остальным безалкогольным, включая чай и кофе. Михаил Лермонтов — кофе. Поэт буквально обожал этот напиток и предпочитал пить его с молоком, кардамоном и корицей. Александр Куприн — кофе. Настоящий кофеман, лично варил себе кофе в турке и называл его "коричневым золотом". Владимир Маяковский — молоко. Поэт был большим поклонником молока, выпивая до шести стаканов (!) в день.

Зарубежные классики Эрнест Хемингуэй — дайкири и мохито. Хотя Хемингуэй известен своей любовью к мохито из конкретного бара в Гаване, его настоящим фирменным коктейлем все-таки был дайкири, а именно его вариант без сахара и с двойной порцией рома. Уильям Фолкнер — мятный джулеп. Это бодренький напиток на основе бурбона с мятой и льдом. Фолкнер, как правило, писал по ночам, так что стаканчик-другой джулепа часто составляли ему компанию. Фрэнсис Скотт Фицджеральд — джин рики. Это свежий коктейль из джина, сока лайма и содовой — даже звучит как "Иди и пиши уже!" Кстати, говорят, Фицджеральд предпочитал джин потому, что его запах сложнее уловить. Оскар Уайльд — абсент. Уайльд верил, что абсент способен преобразовывать восприятие, и тут не поспоришь. Абсент настолько крепкий, что страшно и глоточек сделать. Уайльд считал, что после абсента (минимум трех бокалов) мы начинаем видеть вещи такими, какими они являются на самом деле, и это "самое ужасное в мире".

Как интересно получается: наши практически все трезвенники (ну или так считается), а иностранцы с алкоголем на короткой ноге. А вы как? Чай или шампанское? Рассказывайте — под что лучше пишется.