Наткнулась на пост девушки, которая устала более полугода искать управленческую роль в маркетинговых агентствах и признается, что идет в простые работы, потому что нужны деньги.

Во-первых, мое уважение. Быть честным в эпоху красивых медийных картинок — это золотое качество живого человека. И я больше чем уверена, что девушка не пропадет вообще нигде и жизнь у нее будет весьма интересная, пусть и не всегда простая.

И есть пара размышлений по этому поводу.

Создалась иллюзия, что, во-первых, есть правильный линейный путь. Университет — стажировка — первые работы подай-принеси — работа получше — руководство — руководство покрупнее — бонус (ваш собственный консалтинг и/или бизнес). И вроде все логично. Для жизни в вакууме без внешних обстоятельств.

Эта иллюзия родилась из конкретной рыночной эпохи — эпохи дешёвых денег, бесконечного роста и цифрового пузыря. Маркетинг, дизайн и разработка последние 10 лет были не профессиями, а полигоном для игры без поражений. Проекты множились, бюджеты росли, а грейды часто выдавались за умение красиво презентовать слайды. Есть только движение из точки А в точку Б. И никаких отклонений.

Почему это абсолютно нормально — пойти на регулярную и (вроде как) непристижную работу в ритейле/общепите/торговле даже после того, как вы творили PR-стратегию? Потому что того могут требовать внешние обстоятельства. Жизнь — она разная, непредсказуемая, с виражами и поворотами. Она не создана для того, чтобы упаковываться в понятное резюме сильного специалиста.

И знаете, этот переход — он вообще не про «грехопадение», как многие могут подумать. На самом деле, это возвращение к реальности, где нет места абстракциям и слайдам. И именно поэтому бывший PR-директор, освоивший кассу, через год будет мыслить объемнее любого «нормального» маркетолога, который никогда там не был.

А все те, кто считают такой шаг позорным, исходят из личного страха: «Это может случиться и со мной, а я не выживу». Они защищают свою хрупкую картину мира, где статус равен ценности человека. Работать с такими людьми сложно, ведь их башня из слоновой кости легко получает царапины.

На дне этой вынужденной истории лежит не просто смелость, а профессиональное смирение. Перед простым фактом, что «здесь и сейчас мои прошлые регалии не работают, и чтобы выжить, я беру в руки ценник или сканер». И вот когда больше нет внешнего лоска, прорастает настоящая адаптивность — навык, который нельзя натренировать на курсах, а можно только прожить. И когда обстоятельства снова повернутся лицом, этот человек будет отличаться от остальных кандидатов тем, что его не страшат никакие задачи.

Я сама нанимала людей раньше. Меня бы не сильно смутило, если бы человек временно перешел на обычную работу по обстоятельствам, не зависящим от него. Я бы даже хотела себе такого в команду, если остальные его профессиональные и человеческие качества также хороши.

Потому что работа в «простых» профессиях дает человеку куда более широкий обзор. Когда руководитель знает, как работают остальные — как выглядит склад, как орет недовольный покупатель, как физически устает тело за смену, — он перестает быть для команды абстрактным менеджером и становится тем, кто не обесценивает чужой труд. Человек с таким опытом стоит дороже любого сертифицированного управленца от любой именитой бизнес-школы.

Помните песню Высоцкого, которая прозвучала в фильме «Высота»? Она называется «Песня о друге», но работает и для понимания, что за человек перед тобой, если ты хочешь на него положиться, особенно профессионально.

Мы настолько привыкли, что «успех» — это когда ты зафиксировался наверху. Но на самом деле успех — это когда ты не потерял себя, даже если ты идешь не по прямой. Та леди из поста, которая сейчас признается в вынужденном шаге, проходит важнейший этап сепарации от мнимого успешного успеха. Пусть и с болью, но со временем она будет знать, что ее ценность не в том, как она называется, а в ней самой.

Более того — она будет куда интереснее как личность и как профессионал после такого опыта.

А это всегда освобождает для гораздо более интересной жизни.