Когда выходят плохие цифры по внедрению ИИ, объяснение ищут в технологии: модель слабая, данных мало, специалистов нет. Объяснение лежит в истории, и оно повторяется третий раз.

Мир электричества: три столетия

1600: Уильям Гильберт вводит термин electricus. 1801: Вольта собирает вольтов столб, первый источник постоянного тока. 1802: Василий Петров открывает вольтову дугу, с этого начинается история электрической лампы. 1880-е. Война токов, свет приходит в города, театры и фабрики. 1900-е. Электричество на заводах есть, роста производительности нет. 1920-е. Пылесос, стиральная машина, холодильник, радио становятся бытом. Остановимся на 1900-х, потому что это самый полезный эпизод для тех, кто сегодня внедряет ИИ. До электричества станки в цехе приводились от паровой машины через трансмиссионный вал. Вал шёл по всему этажу, от него к каждому станку тянулся ремень. Отсюда два свойства. Расстановка оборудования подчинялась валу, а не логике производства: деталь шла по цеху не кратчайшим маршрутом, а тем, который задавала механика. И вал был единой точкой отказа: он останавливался, останавливался весь этаж. Заводы, купившие электричество, сделали ровно то, что кажется разумным. Поставили электромотор на место паровой машины. Вал остался, планировка осталась, ограничение осталось. Сменился только источник вращения. Перелом наступил, когда вал убрали. Индивидуальный привод на каждый станок, свободная расстановка по этапам обработки, конвейер. Выиграла не мощность мотора, выиграла возможность перестроить цех. Экономист Пол Дэвид разобрал этот сюжет в работе 1990 года и показал общее правило: отдача от технологии приходит не тогда, когда её купили, а тогда, когда под неё переделали организацию труда.

Мир цифры: шестьдесят лет 1945 год. ENIAC, первый компьютер. 1987 год. Роберт Солоу формулирует наблюдение, вошедшее в учебники: компьютерный век виден повсюду, кроме статистики производительности. 1990-е. Windows, Word и Excel. Компании перестают ставить технику на прежние рабочие места и начинают переделывать под неё учёт, снабжение, логистику и документооборот. Отдача появляется. 2000-е. Мир становится цифровым полностью. Парадокс Солоу разрешился тем же способом, что и на заводах, и занял примерно те же двадцать лет спора. Показательно, чем закончилось. Word и Excel, появившиеся в девяностые, стоят на каждом компьютере до сих пор. Excel по-прежнему считает бюджеты в небольших компаниях. Отдача пришла не от самой сильной технологии, а от той, которая встроилась в работу.

Мир ИИ: годы 2023 год. Первые массовые продукты. 2025. Отдачи ждут уже сейчас. По результатам опроса среди примерно пятидесяти крупнейших российских компаний, до полноценного внедрения дошли от 7 до 10 процентов пилотов, запущенных в 2025 году. Остальные остались в пилотировании, трансформировались или были закрыты. Читать это как «технология не работает» неправильно. Мы третий раз стоим в той же точке: инструмент куплен, процесс не тронут, отдачи нет. Разница одна, и она неприятная. В первый раз на перестройку были столетия, во второй десятилетия. Сейчас отдачи ждут в течение года, иногда квартала.

Что с этим делать Правильный вопрос звучит не «какую модель выбрать», а «что в нашем процессе выполняет роль вала». Вал это то, вокруг чего выстроена работа, хотя выстраивать её следовало вокруг задачи. Согласование, идущее через одного человека. Формат, унаследованный от системы, которую выключили пять лет назад. Отчёт, который собирают потому, что его собирали всегда. Поставите ИИ рядом с валом, получите быстрый вал. Уберёте вал, получите другой цех. Мы в VibePilot прошли этот путь на себе: собрали платформу так, как делают все, убедились, что ограничения не лечатся настройками, и переписали архитектуру. Об этом и о цифрах до и после буду рассказывать 12 сентября в 13 часов на конференции Город IT в Томске, в секции РСХБ.