🧬 Когда радикальный феминизм переходит все границы

24 января 2023 года Линдси Клэнси задушила своих троих детей: пятилетнюю Кору, трёхлетнего Доусона и восьмимесячного Каллана.

Она не отрицает, что совершила убийства, однако её защита заявляет, что в тот момент она находилась в состоянии послеродового психоза и не могла нести уголовную ответственность.

Но часть общества почти сразу нашла другого виновного — отца детей Патрика.

Почему не заметил? Почему оставил её одну? Почему не спас?

Патрика даже не было дома: Линдси сама отправила его за едой и лекарствами. Вернувшись, он обнаружил детей и пытался их реанимировать. Но вместо сочувствия к человеку, потерявшему всю семью, на него обрушились обвинения.

Именно здесь борьба за права женщин превращается в отрицание женской ответственности.

Статистика показывает: женщины — вовсе не редкое исключение среди родителей, убивающих собственных детей. Анализ более 15 тысяч случаев в США показал, что матери совершили 42,6% таких убийств. Среди жертв-младенцев доли матерей и отцов оказались примерно равными.

Да, психическое состояние Клэнси необходимо учитывать. Болезнь может объяснить поступок — но нельзя ради её защиты назначать виновным мужа, который тоже стал жертвой этой трагедии.

Равноправие — это не только равные права. Это ещё и равная ответственность.

Если женщина совершила преступление, нельзя автоматически искать мужчину, на которого удобнее переложить вину. Иначе феминизм перестаёт быть борьбой за справедливость и превращается в идеологию, для которой пол важнее фактов.

Когда идеология становится важнее правды, справедливость исчезает. Остаётся только заранее выбранный виновный.