— Мамочка, простите! — рыдала беглая сноха. Я выронила чемоданчик, увидев рядом с ней чужого ребенка
Я толкнула облезлую дверь и шагнула в сенцы. Запахло сыростью и кислым молоком. В избе стояла мертвая тишина. Я прошла на кухню, открыла рот, чтобы поздороваться с Зинаидой, и выронила свой фельдшерский чемоданчик. Прямо на грязном половике, уткнувшись лбом в колени свекрови, стояла Лидка. Та самая Лидка, что сбежала пять лет назад. А рядом, вцепившись в ее мокрую куртку, дрожал чужой худой ребенок. — Зинаида Петровна? — выдохнула я. — Пришла, — глухо ответила Зина. — Явилась. За смертью моей. — Мамочка, простите! — Лидка подняла лицо. Щеки впалые. Под глазом желтеет старый синяк. Волосы сальными прядями висят. От прежней деревенской красавицы ничего не осталось. — Какая я тебе мать? — Зинаи
Продублировано в MAX
