На собеседовании легко перепутать хороший рассказ с реальным опытом.

Кандидат уверенно говорит, что вёл проекты, отвечал за качество, управлял людьми или работал с клиентами. Всё звучит убедительно. Но пока это только названия функций.

Я бы в такой момент брал одну конкретную ситуацию и разбирал её до конца.

Не «как вы обычно решаете такие вопросы», а: «Расскажите про последний случай, когда вам пришлось решать такую задачу».

Дальше мне нужно получить пять вещей: что произошло, за что отвечал именно кандидат, какое решение он принял сам, что конкретно сделал и что получилось в итоге.

На этом месте обычно и начинает проявляться реальный уровень.

Если человек говорит: «мы внедрили», уточняю — а что сделали лично вы?

«Я контролировал» — что именно контролировали и что делали, когда увидели отклонение?

«Я координировал» — какие решения могли принимать сами?

«Проект успешно завершили» — по какому результату это видно?

Хороший ответ почти всегда становится конкретнее по мере уточнений. Появляются реальные ограничения, варианты решения, ошибки, цифры, последствия.

Слабый обычно остаётся на уровне должностной инструкции: «отвечал», «участвовал», «взаимодействовал», «контролировал».

Для разных должностей и ситуации будут разными.

У рабочего можно разобрать брак, переналадку, нарушение технологии или остановку оборудования. У специалиста — сложную задачу или проект. У руководителя — ситуацию, где пришлось выбирать между несколькими вариантами, распределять ресурсы и отвечать за результат команды.

Ещё один приём — заранее выбрать 3–4 ситуации, которые критичны именно для этой должности, и разбирать их со всеми кандидатами примерно одинаково.

Тогда после пяти собеседований не приходится вспоминать, кто понравился больше.

Можно сравнить вполне конкретные вещи: сложность задач, самостоятельность, качество решений, глубину знаний и результат.

И есть проверочный вопрос, который я бы задавал себе после интервью: «Что я теперь готов доверить этому человеку без постоянного контроля?»

Если после часа разговора на него трудно ответить, значит, мы хорошо поговорили, но плохо проверили кандидата.