Риск-менеджмент в российских EPC-проектах — мёртв. И это стоит компаниям миллиарды.

Давайте честно. То, что сегодня называют «управлением рисками» в большинстве компаний, — это чистая ритуальщина. Реестр, сколоченный за час совещания и собранный за ночь перед Инвестиционным комитетом. Excel-таблица, которую обновляют раз в квартал (хотя часто и этого не делают). В 2026 году такой «риск-менеджмент» не защита, а самообман, за который платит акционер и собственник. На протяжении 20 лет я вижу одну и ту же матрицу рисков, одно и то же непонимание определения риска и одни и те же грабли из-за непонимания ценности качественного риск-менеджмента.

Меня зовут Александр Борисов. У меня 20+ лет опыта в EPC-проектах (бюджеты 20 млн - 2 млрд руб.+). Я устал смотреть, как проекты тонут из-за того, что риски «управляются» для галочки.

Поэтому я разработал собственную уникальную гибкую методологию управления рисками. Это рабочая система, которую я обкатал на реальных проектах в условиях санкций, разрывов цепочек поставок, форс-мажоров и конфликтующих заинтересованных сторон. Я взял лучшее из мировых практик (PMBOK, TOC, CCPM, P3.express, Agile, Product Management) и адаптировал под жёсткую российскую реальность. Но главное — я встроил в эту методологию ИИ. Не как модную приставку, а как рабочий инструмент.

Как это работает на практике:

Любой новый проект начинается с Pre-mortem анализа с ключевыми стейкхолдерами. Это проактивная техника: команда мысленно представляет, что проект уже провалился в будущем, и работает в обратном направлении, чтобы выявить скрытые причины краха. Метод ломает «групповое мышление» и вскрывает критические уязвимости, которые традиционный мозговой штурм упускает. А поскольку «мы мысленно убиваем проект, но ничего реально не случилось — никто не виноват», это позволяет без боязни обсуждать самые откровенные обстоятельства.

Перед Pre-mortem сессией я скармливаю Qwen/GigaChat модель проекта — обезличенное описание, условия, критерии реализации, допущения. За несколько минут ИИ выдаёт список угроз и рекомендации. За пару часов модель полируется, готовится ментальная карта и рассылается участникам риск-сессии для предварительного ознакомления. Таким образом, время подготовки реестра рисков сократилось на 80%+. В результате защитные механизмы внедряются ещё до старта работ, экономя миллионы на предотвращении реальных кризисов, а не на героической борьбе с их последствиями. Неопределённость объёмов работ, смет и графиков существенно уменьшается.

Результаты — не теория, а цифры из моих проектов:

- Экономия 20–30% от смет на проектирование — через проактивный трекинг рисков и жёсткую оптимизацию объёмов работ и смет. - Вывод проблемных проектов из кризиса — премии за предотвращение финансовых и репутационных потерь. - Измеримый рост зрелости риск-менеджмента в организации — через тренинги для топ-менеджмента, проектных команд и подрядчиков.

Почему я могу это делать?

Потому что я инженер-практик. Я говорю на одном языке с монтажником на площадке, проектировщиком в институте и финдиром в кабинете. Сертификация IPMA + свободный английский с опытом управления в иностранных компаниях — в комплекте.

«Управление рисками — это управление проектами для взрослых» (Том Листер).

Кому это НЕ подойдёт:

Тем, кому нужен РП «для отчёта», а реестр рисков — для галочки. Тем, кто боится ИИ и считает, что «мы всегда так делали». Тем, кто не понимает связей реестра рисков с объёмом работ, сметой и графиком.

Кому это подойдёт:

Заказчикам, инвесторам и инжиниринговым холдингам, которые устали сжигать CAPEX на неопределённость и заливать пожары деньгами. Которым нужен не «двигатель задач», а партнёр по защите инвестиций с собственной, проверенной в бою методологией.

Я открыт к двум форматам сотрудничества:

- Руководитель проектов / Директор по риск-менеджменту / Руководитель PMO. - Индивидуальные и групповые очные/онлайн тренинги, консультации по выстраиванию системы риск-менеджмента, аудит текущих проектов.

Если вы готовы к тому, что риски в ваших проектах перестанут быть сюрпризом — давайте поговорим!