Как маньяки стали франшизой

В Гонконге Джеффри Дамера внесли в барную карту.

В октябре там откроется иммерсивный бар, где актёры в образах Теда Банди, Дамера, Джона Уэйна Гейси и Эда Гина выступят с монологами и подадут авторские коктейли.

Напиток о Дамере назвали «Квартира 213» — по месту большинства его преступлений.

Из серийных убийц окончательно сделали поп-культурную франшизу.

Социологи называют это медийным зацикливанием.

Каждый фильм, подкаст, ролик или сувенир использует знакомый образ убийцы и ещё сильнее закрепляет его в массовой памяти. Постепенно преступник становится медийным персонажем, которого можно переносить из одного формата в другой.

Сериал Netflix о Дамере набрал миллиард часов просмотра за первые же 60 дней. После такого название «Квартира 213» уже не требует сноски.

Только расплачиваются за эту узнаваемость те, у кого эти люди действительно отняли близких.

В одном исследовании родственники и друзья жертв рассказывали об искажении фактов и ощущении потери контроля над историей, которая формально принадлежит им, а фактически — продюсерам.

Это совсем не значит, что о маньяках не нужно говорить.

Граница проходит не между рассказом и молчанием, а между расследованием и мифологизацией.

Хороший тру-крайм препарирует само преступление, разбирает ошибки системы и пропущенные сигналы, которые позволили этому случиться.

Плохой оставляет от дела харизматичного злодея и водку с кокосовой стружкой вместо костей.