Бывает и такое увольнение
Работал я как-то на одном клёвом заводе. Производили разное полезное из металла. Ну то есть станки, железяки, искры, грохот и спецовки, которые даже новые становятся тёмными довольно скоро. Всё, как всегда.
И работали там три мужичка. Давно. Чуть ли не с открытия, когда ещё не было много станков, зато были холодные стены, тёмные комнаты и собственник, бок о бок с малочисленным составом собирающий первые версии продукта.
Прошли эти трое с собственником огонь, воду, медные трубы и холодную пиццу в 3 часа ночи, когда нужно было кровь из носа отгрузить заказ.
Понятно, что собственник их уважал и всегда спрашивал их мнение. И правильно уважал — за дело. За общие победы, за трудные зимы, за то, что были с ним всегда и не подвели ни разу. На каждом обходе останавливался, разговаривал, советовался. Мужички с гордостью всё ему рассказывали.
Но предприятие росло. Новые площади, станки, люди, продукты, бизнесы. Рос и собственник — в целях, в масштабах, в возможностях. И нужно было ему плавно уходить в стратегию, а не сидеть в оперативке. Поэтому давно уже появились и начальник производства, и мастера, и директора, и планеры.
А собственник всё не уходил.
Вернее как? Уходил. Даже объявлял об этом во всеуслышание: «Теперь не лезу в оперативку. Это ваша работа! А мне результат нужен!» И вроде в цехе появляться начинал реже. Но потом опять возвращался и погружался. А как ещё? Его же детище.
А мужички? А они особо не росли. Зарплата повыше, должность, может, бригадирская, условия покомфортнее. Но в целом делали то же, что и раньше — работали рабочими.
А уважения и признания хочется всем. Это факт! Раньше, когда собственник с ними общался, признания было хоть отбавляй. А тут новый начальник производства их особо не выделял. Люди опытные, но не супермены. Обычные рабочие. Но с претензией.
И начали они самоутверждаться. Как могли. Уж не обессудьте.
Мастерам перечить, права качать, начальнику производства угрожать: «Сейчас собственник пойдёт — расскажем, как вы тут ни хрена управлять не умеете».
А на производстве ведь как? Всегда есть о чём рассказать. Где-то не проверили, где-то не спросили, где-то не доглядели. Если очень захотеть, почти любой процесс можно представить так, будто его организовали враги народа.
На то, чтоб этот процесс поправить, времени нужно ого-го. А критиковать можно здесь и сейчас. И точки роста подсвечивать, проявляя лояльность, так сказать.
Что мужички и делали — рисовали собственнику картину так, чтобы обидчикам, то есть мастерам и начальнику производства, было плохо.
А собственник верил. Он ведь тоже человек и тоже подвержен искажениям, таким, как эффект ореола по Канеману. Поэтому и верил, что хорошо относился к этим троим.
В общем, сошлось в одной точке много всего. И полетела голова начальника производства после очередного обхода. Даже его версию слушать не стали.
А я ведь не дурак. Канемана читал. Я же знаю, что так решения не принимают: надо собрать больше информации, посмотреть со всех сторон, понять картину целиком. Пошёл я к собственнику и стал всё это рассказывать. С примерами, с аргументами. Я же видел, как тот начальник работает, и был уверен: решение ошибочное.
Справедливости ради — собственник был мужик адекватный. Выслушал внимательно, было видно, что проникся. Покивал сочувственно. И выгнал меня на хрен. Следом за начальником производства.
А я ведь до последнего был уверен, что прав. Да я и был прав — что начальник хороший, что решение ошибочное, что Канеман, эффект ореола, все дела.
Только вот для собственника эти трое были не «рабочие с претензией». Это была его молодость. Его холодная пицца в три ночи. Его люди, которые не подвели ни разу. А я, весь в аргументах, припёрся рушить его миф о верных соратниках. Фактами. Против его собственной истории.
План был точен, как швейцарские часы. Просто, видимо, Канемана я читал не очень внимательно.
