Новое почти всегда сначала выглядит неправильным.
Потому что новое мы часто оцениваем инструментами, созданными для старого.
Я много лет развивался в праве, науке, предпринимательстве, музыке, литературе.
И мне не раз задавали вопрос:
«Так ты всё-таки кто?»
Со временем я понял: сам вопрос построен на старой системе координат.
Если ты действительно создаёшь что-то новое, для него может просто не существовать готовой категории или привычного способа оценки.
Почему новое вообще обязано быть похоже на то, что уже существует?
Одна из главных сложностей созидания — выдержать период, когда старые определения уже не работают, а новых ещё нет.
При этом:
непонятное не равно великому; странное не равно новому; отсутствие категории не доказывает ценность идеи.
Новое всё равно должно пройти проверку действием: работает ли оно, создаёт ли ценность, можно ли его развивать.
Но убивать идею только потому, что никто пока не понимает, куда её положить, — ошибка.
Иногда сначала нужно создать сам предмет.
И только потом становится понятно, что для него нужна новая полка.
Поэтому мне всё меньше хочется спрашивать:
«На что это похоже?»
И всё интереснее:
«Что из этого может получиться?»
