UPD: Станислав любезно объяснил в комментариях, что это байт. Я не удаляю обычно свои посты, поэтому и этот останется. Jebaited, как говорится. Твичовские поймут.

Добрый день, коллеги. Ну это сюр какой-то, я глазам не верю, если честно.

От кого-кого, а от Станислава я такого вопроса не ожидал. Раньше мы вполне содержательно беседовали об ИИ и прочем “глубоком-интересном”, поэтому тем удивительнее видеть постановку вопроса, в которой отвечать на “кто прав?” невозможно уже на уровне исходных данных.

“Компания запретила ChatGPT из-за утечек, а команда пользуется им с личных ноутбуков. Кто прав? Почему?”

У меня за первые несколько секунд возникло несколько вполне очевидных вопросов.

Из-за каких утечек? Утечек чего именно? Был ли ChatGPT вообще связан с этими утечками? При чем здесь личные ноутбуки? И если компания действительно официально запретила использование сервиса, а сотрудники сознательно продолжают им пользоваться, то не появилась ли у нас уже отдельная проблема с соблюдением внутренних правил? А вы вообще аналитик? (вычеркиваем, в этом я не сомневаюсь, неиронично с интересом читаю посты Станислава)

Но главное даже не это. Что вообще означает “кто прав”?

Чтобы определить “правую сторону”, нам нужно хотя бы знать позиции сторон и предмет разногласия. Здесь их нет. Нам сообщили два действия: компания запретила сервис, сотрудники продолжили им пользоваться. Действие - не позиция.

В чем именно предлагается признать правой компанию? В том, что использование ChatGPT создает риск утечки? В том, что произошедшая (а произошедшая ли вообще, установлен ли сам факт утечки?) утечка была связана именно с ним? В том, что после любого подобного инцидента следует полностью запрещать генеративный ИИ? В том, что конкретно такой запрет является адекватной мерой управления риском?

А сотрудники в чем должны оказаться правы? В том, что ChatGPT полезен? Что запрет чрезмерен? Что компания неправильно оценила риски? Что использование личного устройства позволяет не соблюдать корпоративные правила? Или непосредственно в том, что они продолжают пользоваться запрещенным инструментом?

Это разные утверждения, и некоторые из них прекрасно могут быть истинными одновременно. Компания может ввести неэффективный, чрезмерный и плохо обоснованный запрет, а сотрудники могут столь же неправильно его обходить. Противоречия здесь нет.

Отдельно меня вогнали в некоторый ступор “личные ноутбуки”. Их появление имело бы значение, если бы условие звучало как “компания заблокировала ChatGPT на корпоративных устройствах”. Но если компания именно запретила его использование в рабочей деятельности, личный ноутбук ничего принципиально не меняет. Он становится лишь техническим способом обойти установленное ограничение.

Да и слово “утечки” здесь выполняет какую-то магическую функцию. Мы не знаем, была ли вообще фактическая утечка. Не знаем, что утекло. Не знаем, каким образом. Не знаем, участвовал ли в инциденте ChatGPT. Это мог быть инцидент с передачей конфиденциальной информации в ChatGPT. Мог произойти совершенно другой инцидент, после которого безопасники профилактически запретили внешние ИИ-сервисы. А может быть, речь вообще не об инциденте, а о риске утечки.

Самое интересное началось в комментариях. Туда с молодецким гиканьем ворвалась целая толпа. Недостающие условия люди стали достраивать самостоятельно. Там уже появились чувствительные данные, коммерческая тайна и даже гостайна. То есть каждый сначала дописал собственную версию задачи, а затем начал уверенно ее решать.

В общем, прежде чем, потирая руки, бросаться отвечать на очередной очень важный вопрос в ленте, неплохо сначала выяснить, а что это вообще за вопрос. Иначе каждый добавит недостающие условия по вкусу, выберет виноватого и безупречно ответит сам себе.

P.S. Станислав, ну что за х@#ня, простите? Как говорил мой начальник службы ЗГТ на втором контракте в десятых: “Я не просто огорчен, я в а@#е”. P.P.S. Если это какой-то изощренный PSYOP, то снимаю шляпу. Так даже я народ не троллю.