Выдать агенту shell и назвать это корпоративным MCP — значит автоматизировать произвол. В закрытом контуре я начинаю с узких операций: создать заявку, получить статус, изменить разрешённое поле. Никакого execute_sql от имени владельца базы. Модель предлагает действие; сервер проверяет полномочия пользователя и ограничения конкретного инструмента. Изменение данных проходит через подготовку операции: объект, аргументы, ожидаемая версия записи, срок действия. Подтверждение привязывается к хешу этого набора; подмена аргументов требует нового подтверждения. Перед записью исполнитель повторно проверяет права и версию. Ключ идемпотентности и результат фиксируются атомарно с изменением там, где это позволяет хранилище. Для внешних систем нужен отдельный механизм сверки результата после сбоя. Приёмочные критерии: ноль универсальных командных инструментов, 100% изменяющих вызовов с идентификатором инициатора и журналом результата, замер p95 накладных расходов авторизации без времени самой операции. Экономику считаем отдельно от инференса. Условный тариф посредника 0,50 ₽ за вызов при 2 млн вызовов — 1 млн ₽ в месяц. Если собственный слой исполнения вместе с эксплуатацией стоит 200 тыс. ₽, разница — 800 тыс. ₽. Это сценарий расчёта, не рыночная котировка. Свой MCP даёт контроль над контрактом исполнения. Секреты остаются у исполнителя, ответы инструментов ограничиваются необходимыми полями, чувствительные данные удаляются до передачи модели. Размещение в своей стойке само по себе этих свойств не создаёт. Суверенитет начинается там, где модель технически не может расширить свои полномочия. https://run-as-daemon.dev/?utm_source=telegram&utm_medium=smm&utm_campaign=rad_ru&utm_content=sobstvennyy-mcp-server-dlya-bezopasn