Было время, когда я был по-настоящему голодным. Не в переносном смысле — до истерики.

Когда я принял Бога, я понял простую вещь: птица не думает, где ей взять еду, цветок не думает, где ему расти. С тех пор у меня всегда есть еда на столе.

Денег больше не стало. Стало меньше страха.