Пишешь агенту «глянь, что там с ценами», а получаешь три абзаца теории и вопрос «какой сайт вы имели в виду?». Или наоборот: спрашиваешь «а что такое outbox?», а агент лезет в файлы, запускает поиск и тратит бюджет на то, на что хватило бы двух предложений.

Модель в обоих случаях не глупая. Она просто не знает, что за сообщение перед ней: вопрос, болтовня или задача, после которой в мире что-то изменится. И отвечает на всё в одном режиме.

Поэтому в Элис до любых инструментов работает классификатор. Он относит сообщение к одному из типов: поиск, навигация, файлы, генерация, побочное действие, многошаговая задача, болтовня, системная команда. От типа зависит сценарий до первого вызова инструмента. Для поиска, например, агент сначала смотрит выдачу сам, а не просит человека выбрать сайт из списка.

Поверх классификатора — контракт общения. Шесть правил: • коротко; • результат, а не лекция; • данные ищи сам; спросить можно, только если без ответа действие невозможно (нет адреса, идентификатора); • не больше одного вопроса, и лучше с вариантами; • отказ — честный и с подсказкой, что можно сделать; • рассуждения — не ответ.

Контракт лежит в стабильном префиксе (неизменной части контекста, которая кэшируется у провайдера), а охрана ответа, о которой следующий пост, проверяет финальный текст именно по нему.

Где было трудно. Ошибка классификатора бьёт в обе стороны. Принял многошаговую задачу за болтовню — агент отвечает «из головы» вместо работы. Принял вопрос за побочное действие — тратит бюджет и трогает то, что трогать не просили. А два правила тянут друг против друга: «найди сам» и «спроси, если опасно». Границу провели так: спрашивать можно один раз и только то, без чего действие физически не выполнить. Всё остальное агент добывает сам.

Урок: прежде чем учить агента отвечать, научите его понимать, что именно у него спросили.

А вас агенты чаще раздражают лекциями или вопросами?

#Элис #ЭлисAI #AIагенты #LLM