Однажды шестилетний Даня начал наше занятие именно с этого вопроса. Прекрасно. Просто прекрасно :)

Педагог в этот момент сразу понимает, что его занятие явно ждали. Дальше разговор ушёл совсем в сторону от шахмат. Даня рассказывал про танки, потом про старые механические часы, потом поделился какими-то своими наблюдениями из жизни.

Камера включена, шахматная онлайн-доска открыта, урок идёт, а до первого хода мы всё ещё не добрались. В карточке ученика после тренировки я записала:

«Говорит обо всём подряд». «Постоянно спрашивает, когда закончится урок».

Со стороны можно подумать: ну какие тут шахматы? Может, онлайн-занятия ребёнку вообще не подходят?

Но спустя несколько минут тот же Даня уже решал мат в два хода. Сначала убрал правильный ход, потом вернул его и досчитал позицию до конца. Это тоже попало в мою карточку.

Для меня здесь важнее другое: Даня всё-таки вернулся к доске и начал решать. Ребёнок может тихо сидеть перед экраном и почти не отвлекаться. А над шахматной позицией при этом почти не работать. А бывает наоборот.

Сначала танки, часы, игрушки и разговоры обо всём на свете. А потом ребёнок возвращается к доске, рассматривает позицию, ищет варианты и находит решение. На другом занятии Даня почти не отвечал на вопросы. Пара слов — и дооолгая пауза.

«Ну всё, — думаю я, — приехали».

Но потом он разговорился и включился в решение задач. Поэтому, когда ребёнок много разговаривает на онлайн-занятии, я смотрю не только на то, сколько времени он отвлекался. Мне важно понять:

Вернулся ли он к шахматной доске? Начал ли самостоятельно искать решение? Смог ли сосредоточиться на конкретной позиции? Какая помощь ему для этого потребовалась?

Если всё занятие прошло в разговорах, а до шахмат мы так и не добрались, это уже другая ситуация. И повод подумать, что нужно изменить. Но в истории Дани разговоры не исключали шахматной работы.

А у Дани самое интересное на занятии порой начиналось именно после вопроса: «А когда закончится урок?» 🙂