№ 5. Это единственное, что у нас есть.
Офисная кухня. Поздний вечер. Соискатель смотрит в экран ноутбука. На экране бесконечная лента вакансий. Рядом стоит нетронутая чашка кофе.
Входит Методолог, чтобы налить воды.
Методолог (замечая взгляд соискателя): Опять на витрину смотришь? Соискатель (не отрываясь): Отправил сегодня сорок откликов. Сорок! И тишина. Я уже начинаю думать, что со мной что-то не так. Может, я устал уставать? Может, я недостаточно хорош?
Методолог: А сколько раз за сегодня ты написал кому-то из бывших коллег? Соискатель (наконец поднимает глаза): В смысле? Нисколько. Мои бывшие коллеги сами без работы.
Методолог: Мда. Ну на этой всем известной платформе для поиска работы ты просто бьешься в дверь за которой пустота и злишься, что она не открывается.
Соискатель: Это всем известная платформа-то закрытая дверь? Там же сотни вакансий каждый день!
Методолог: Это витрина. Понимаешь? Красивая витрина, куда выкладывают то, что не смогли закрыть через своих. Нормальные роли уходят по знакомым, через рекомендации, через прямой выход на ЛПР. А на витрину выставляют всё лучшее из худшего: ЗП ниже рынка, перегруз обязанностями, либо галлюцинации алгоритмов.
Соискатель (закрывает ноутбук): И что, мне теперь не откликаться вообще? Сдаться?
Методолог: Откликайся. Но один-два раза в неделю. На то, что прошло фильтр. А остальной ресурс в прямой поиск. То, что тебе не отвечают — это не аномалия, а структура рынка. Ты воспринимаешь это как личную неудачу. Сидишь и перебираешь мусор, вместо того чтобы идти туда, где есть люди.
Соискатель: А если я никого не знаю? Или не хочу быть навязчивым?
Методолог: Навязчивый — это когда ты клянчишь работу. А когда ты спрашиваешь: «Привет, как дела, чем сейчас занимаетесь?» — это не навязчивость. Это жизнь. Ты сейчас тратишь часы на алгоритмы, которые тебя даже не видят. А мог бы потратить их на одного живого человека.
Соискатель: Но это же неудобно. Писать незнакомым, просить…
Методолог: А сидеть в тишине и чувствовать себя никчемным — удобно? Ты сейчас выбираешь между «неудобно попросить» и «неудобно чувствовать себя пустым местом». Только выбор этот ты делаешь каждый день. И время уходит. Знаешь, сколько дней ты уже так сидишь? Вот эти дни — они уже прошли. Их не вернуть. Ты свободен выбрать, куда деть следующий, но ты тратишь его на то, чтобы злиться на витрину.
Соискатель: То есть я сам виноват?
Методолог: Виноватых нет. Есть конечность твоего времени. И есть твоя свобода. Ты можешь быть жертвой обстоятельств и ждать, пока тебя заметят. А можешь сделать маленький шаг. Просто написать одному человеку. Не про работу. Про жизнь. Но ты почему-то выбираешь страдать.
Соискатель (берет телефон, смотрит в контакты): И что писать?
Методолог: «Привет. Как у вас там с проектами?». Всё. Дальше само пойдёт.
Соискатель: А если он проигнорирует?
Методолог: Значит, проигнорирует. Ты не умрешь от этого. Это не приговор. Просто один из вариантов. Но ты попробовал. И перестал быть жертвой. Ты действуешь.
Соискатель долго смотрит на телефон, потом начинает печатать. Соискатель: Ладно. Написал.
Методолог: Молодец. А теперь выключи ноутбук и иди домой. День закончился. Завтра будет новый. И это единственное, что у нас есть.