— Тогда с Марком точно на полгода занятия ставим на паузу.

Эту фразу в разговоре с мамой ученика сказала я сама. Хотя Марк умеет играть и много знает. С ним можно глубоко разбирать позицию и долго работать над одной шахматной идеей. Недавно я даже удивилась: материал, который, как мне казалось, должен был вызвать сложности, он совершенно спокойно повторил.

С шахматами у Марка всё нормально, заниматься дальше он вполне может. Но в последнее время я стала замечать другое: на уроках он присутствовал, задания выполнял, но сам Марк стал более закрытым.

Особенно хорошо я увидела это на контрасте с августом, когда он некоторое время гостил у бабушки. Тогда на занятиях он был открытее, спокойно решал задачи, играл. Причину я точно не знаю. Это могла быть обстановка у бабушки или просто общая нагрузка. Но разница была заметная.

Потом мы с мамой обсудили его расписание целиком. И я подумала: а нужен ли Марку сейчас ещё один дополнительный урок? Не потому, что он перестал справляться с шахматами — с этим как раз всё было нормально. Просто у ребёнка сейчас очень много всего.

Мы могли облегчить программу, уменьшить нагрузку, поменять формат. Но я решила, что сейчас правильнее убрать занятия совсем.

Договорились сделать перерыв примерно на полгода. Если Марк захочет вернуться раньше, посмотрим по ситуации. А когда вернётся, не обязательно сразу продолжать с того места, где остановились. Я знаю его уровень, могу предложить более лёгкие задания и посмотреть, как пойдёт работа после перерыва. Поэтому я смотрю не только на то, как Марк занимается на уроке. Важно и то, сколько у него сейчас нагрузки, что происходит с расписанием и есть ли вообще место для ещё одного занятия.

Ребёнок может хорошо справляться с шахматами. Но это ещё не означает, что ещё один урок сейчас ему нужен. Поэтому сейчас мы освободили Марку немного места в расписании. А если позже ему снова захочется играть, я буду очень рада его увидеть.