Что позволено Юпитеру, не позволено быку. Или немного о судебном абсурде с госпошлиной.

Коллеги, иногда судебная практика преподносит такие сюрпризы, что даже после 15 лет работы в судах остаётся только удивляться.

Есть дело о банкротстве АО «Селена» № А56-75105/2021. На имущество должника наложены уголовные аресты в обеспечение гражданского иска Банка ПСБ. После принятия Постановления КС РФ от 17.12.2025 № 46-П появилась возможность установить требование гражданского истца в реестре кредиторов и запустить механизм освобождения имущества от арестов.

Банк обратился в суд с заявлением об установлении требования на 76,95 млрд рублей. Но суд оставил заявление без движения из-за отсутствия документа об уплате госпошлины. Банк попросил освободить его от уплаты либо предоставить отсрочку. Суд отказал и вернул заявление.

22 октября 2026 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд оставил определение без изменения. Позиция апелляции: Налоговый кодекс не предусматривает освобождения Банка от уплаты госпошлины в такой ситуации. Статус гражданского истца по уголовному делу льготы при обращении в арбитражный суд не даёт, а предусмотренное статьёй 333.37 НК РФ освобождение кредитора связано с наличием вступившего в законную силу судебного акта. Основания для отсрочки также не доказаны.

Хорошо. Закон есть закон. Хотя сам подход к реализации Постановления КС № 46-П через подобные процессуальные препятствия вызывает у меня серьёзные вопросы.

А теперь внимание! 27 октября конкурсный управляющий того же АО «Селена» обращается в тот же суд с заявлением об установлении требования того же Банка ПСБ. На основании того же Постановления КС № 46-П. Правда, предлагает определить размер требования в пределах стоимости арестованного имущества. И 7 ноября 2026 года суд спокойно принимает заявление управляющего к производству.

Без госпошлины! Без оставления заявления без движения! Без процессуальных препятствий! Более того, суд предлагает Банку представить отзыв на заявление об установлении его же требования, которое сам Банк ранее безуспешно пытался предъявить.

Вы только вдумайтесь! Когда Банк самостоятельно обращается за защитой своих прав, ему говорят: Налоговый кодекс исключений не предусматривает, платите госпошлину. Когда конкурсный управляющий обращается за установлением требования этого же Банка, суд принимает заявление без документа об уплате пошлины.

Видимо, для арбитражного управляющего Налоговый кодекс всё-таки предусматривает какие-то исключения, о которых Банку забыли рассказать.

Я прекрасно понимаю, что правовая квалификация заявлений кредитора и управляющего может различаться. И что принятие заявления ещё не означает окончательного освобождения от госпошлины. Но мы говорим об одном деле о банкротстве, об одном гражданском истце, одних уголовных арестах и одном правовом механизме, предусмотренном Конституционным Судом. В первом случае суд даже не приступил к рассмотрению требования по существу. Во втором никаких препятствий для принятия заявления не обнаружилось.

И вот это уже настоящий процессуальный абсурд. Особенно когда вспоминаешь, что Постановление КС № 46-П принималось для разрешения проблемы уголовных арестов в банкротстве, а не для создания очередного процессуального лабиринта.

У меня один вопрос: мы точно говорим о равном доступе к правосудию и единообразном применении процессуального законодательства? Или всё-таки о старом добром принципе: что позволено Юпитеру, не позволено быку?