— Не чердак, а мансарда, — отрезала мать. Назавтра я продала дачу
— Света, это же просто летний чердак! Там стропила гнилые и рубероид течёт с девяносто восьмого года! Какое отопление?! — я бросила ключи от машины на тумбочку так резко, что брелок звякнул о стекло. Мама даже не обернулась от плиты. На сковородке шкворчало масло, лук шёл пузырями. — Не чердак, а мансарда, — ровным, чужим голосом ответила она. — И не для нас, а для людей. — Для каких людей, мам? Мы на эту дачу втроём за всё лето выбираемся два раза шашлык пожарить! Какие гости ночевать останутся? Дядя Витя из Рязани, которого ты двадцать лет не видела? Или твоя троюродная племянница из Саратова? — Зинаида с дочкой приедут, — мама наконец повернулась. Лицо сухое, губы ниточкой. — Жить будут.
Продублировано в MAX
