Нарезала нынче утром свежий хлеб к чаю, хрустнула корочка под ножом — и вдруг так ясно вспомнился вкус из моего детства. Отрежешь, бывало, щедрый ломоть белого хлеба, намажешь маслом сливочным, а сверху сгущёнкой польёшь, чтобы она по краям сладкими каплями стекала. И ведь какое это было счастье.

Сколько мы за жизнь потом всяких тортов да затейливых сладостей перепробовали, а ни один дорогой десерт с тем простым куском хлеба не сравнится. Потому что дело-то было вовсе не в сладости. Вместе с этим вкусом сразу возвращаются и кухня наша родная, и занавески на окне, и голоса близких из соседней комнаты, и то самое детское чувство, когда ты под крылом, когда тебя любят и никакой беды на свете нет.

Вспоминаю я сейчас ту маленькую девочку, какой сама когда-то была, и думаю: как же немного ей для радости требовалось. Кусочек хлеба со сгущёнкой, солнечный луч на столе да чтобы свои все дома были и никто никуда не торопился.

С годами всё сильнее такие тихие минуты бережёшь. Негромкий разговор за чаем, доброе слово, воскресное утро без беготни. Вроде бы простые мелочи, а ведь именно из них жизнь и складывается, и только их потом в сердце и хранишь.

И в храме мне часто об этом думается: ведь чтобы к Богу обратиться, не всегда нужны длинные да мудрёные слова. Постоишь в тишине у свечи, скажешь про себя коротко: „Благодарю Тебя, Господи, за день сегодняшний, за близких моих, за хлеб на столе“ — за всё то простое, к чему мы привыкаем и что так страшно перестать замечать.

Хорошо иногда посреди житейской суеты вот так притормозить. Не искать чего-то небывалого, а налить себе чаю, отрезать свежего хлеба и мысленно прижать ту маленькую девочку к сердцу. Всё самое настоящее у нас ведь уже есть, главное — видеть его и беречь.