Когда причуды начальства становятся корпоративной культурой

История с Дарьей Золотухиной, HR-директором "Яндекса", получила некоторое продолжение. После резонансного видео Александр Ильин (Digital Ninja) провел большой стрим с ответами на критику, запись которого я не без интереса посмотрел.

Насколько я смог понять, Ильина интересуют больше сомнительные HR-практики, эзотерика в управлении, корпоративный новояз и их влияние на сотрудников. Меня же заинтересовал другой вопрос: как подобные представления становятся организационной нормой?

Мы привыкли воспринимать корпорацию как некий единый рациональный субъект. Если существует практика, значит, кто-то придумал ее ради выгоды, оценил эффективность, внедрил и периодически анализирует метрики. Отсюда очень легко получить версию, что язык исключительности, вовлеченности и "особой миссии" создан для удержания сотрудников и экономии на зарплатах.

Но не спешите надевать шапочки из фольги и доставать рептилоидометры: у организаций далеко не всегда есть единая воля, и далеко не всякое устойчивое явление возникает из осознанной стратегии.

Давайте представим себе руководителя, искренне увлеченного определенной системой взглядов. Психология, духовные практики или концепция лидерства - не столь важно. Такой человек начинает использовать соответствующие понятия для объяснения событий, оценки людей и принятия решений.

В частной жизни это его дело. Но когда его носитель занимает высокое положение, начинается совсем другая история.

Подчиненные перенимают лексику. Коллеги повторяют формулировки. Специалисты включают их в презентации, программы обучения и внутренние коммуникации. И даже не обязательно из убежденности, нет. Хватает банального приспособления: таким языком удобнее согласовывать решения и получать одобрение.

Со временем слова могут проникнуть в модели компетенций, оценку и подбор персонала. Новые сотрудники видят уже готовую систему понятий, происхождение которой никого особо и не интересует. Так личный взгляд приобретает статус профессиональной нормы.

Именно поэтому мне показался интересным один эпизод из этого стрима. Ильин пересказывает сообщение анонимного сотрудника о том, что после назначения Золотухиной ее команду направили на тренинг с духовными практиками. Тех, кто "роптал" против такого в ближайшее время "попросили" из команды. Независимого подтверждения этому очевидно нет, но предполагаемый механизм показателен: не тайный корпоративный план, а всего лишь инициатива руководителя в пределах его полномочий.

Ильин также предполагает, что управленцы, разделяющие определенные взгляды, станут подбирать и продвигать похожих на себя людей, распространяя установки вниз по иерархии. Да, это обычная цепная реакция. Для него это аргумент против конкретных практик, но меня же интересует сама цепная реакция (как явление), независимо от содержания идей.

Я называю это (простите, несколько пафосно) программированием корпоративной реальности. Дело тут в том, что язык способен не только описывать события, но и задавать рамку их оценки. При таком сюжетном повороте переработки органично становятся "вовлеченностью", несогласие с руководством рискует превратиться в "недостаточную осознанность", а личное предпочтение начальника - в критерий вашей профессиональной зрелости. Проблема вовсе не в словах как таковых, а в моменте, когда за ними начинают стоять вполне реальные решения, в том числе и кадровые.

Процесс усиливает статус носителя подобных идей. Высокая должность создает впечатление, будто убеждения руководителя подкреплены профессиональной экспертизой. Но вот только успешная карьера не дает никакой универсальной экспертизы.

Причем я не думаю, что именно так развивалась культура "Яндекса", - она существовала задолго до Золотухиной. И искать за каждым устойчивым организационным явлением холодный расчет и умелого архитектора тоже ошибочно. Вообще во многих случаях нет никакого хитроумного "мастерплана".

А ваш руководитель тоже шиз?

Когда причуды начальства становятся корпоративной культурой | Сетка — социальная сеть от hh.ru