Сказка. Продолжение
А ещё к ней прилетает голубь. “Подумаешь, голубь.” - скажешь ты. - Их пруд пруди этих голубей.” И будешь прав. Он похож на своих собратьев. Два глаза. Две лапки. Пёрышки. Клюв. Но у него есть имя. Епифан. И это голубь непростой. Потому что у него на левой лапке вместо обычной тонкой ниточки или колечка надета крошечная, почти невидимая металлическая печатка. Она потёртая, но если присмотреться, можно разобрать буквы. Епифан её никогда не снимает. И если кто-то (например, вредный соседский кот) попытается её разглядеть поближе, голубь мгновенно взлетает на самую высокую ветку и смотрит оттуда сверху вниз, как старый генерал на расшалившихся новобранцев.
Епифан не чирикает. Он воркует. Но воркует он с особым достоинством. Когда он сидит на перилах лоджии, кажется, что он не просто отдыхает, а несёт вахту. Он не боится сквозняков. И не боится грозы. А когда на небе начинают завывать самолеты, он только презрительно поводит крылом и косит глазом в сторону. Мол, летайте, летайте. Я-то знаю, как вы на самом деле боитесь, когда я поднимаюсь в небо. У него есть любимое место. Не на карнизе, не на антресолях. А на спинке того самого кресла, в котором сидит девочка, когда шьет.
И когда ей становится грустно, когда коса совсем растрепалась, а лямка отстегнулась, и кажется, что весь мир против нее, Епифан слетает со спинки кресла, подходит к ее руке и… что-то приносит. Иногда это обрывок цветной бумаги. Иногда - сухую травинку. А иногда - крошечный кусочек фольги, который в свете настольной лампы блестит, как настоящая драгоценность. И девочка гладит его по шершавым пёрышкам. И понимает: пока у нее есть Епифан, связь с миром не потеряна. Даже если интернет отключат. Даже если все уйдут.Епифан всегда вернется. Потому что он не просто голубь. Он - почтовый голубь. И у него есть задание. Оно не написано в приказе. Его не выдают под роспись. О нем не говорят в новостях. Каждое утро, как только первые лучи солнца касаются скользких крыш, Епифан расправляет крылья и улетает. Девочка никогда не спрашивает, куда он летит. Она знает.
Он летит туда, где грустно. Голуби ведь чувствуют это лучше всех. Они видят сверху не только машины и дома. Они видят, у кого на балконе погас свет. Кто сидит в одиночестве на кухне и смотрит в одну точку. Кто потерял веру в то, что завтра будет лучше.
Епифан находит окно. Садится на подоконник. И ждет. И если человек открывает окно, голубь не улетает. Он просто смотрит на него своими бусинками-глазами. И в этом взгляде нет ни жалости, ни любопытства. Только спокойствие. Такое, какое бывает у старого солдата, который знает: любая битва заканчивается.
А потом Епифан улетает. Но перед этим он всегда оставляет на подоконнике маленький знак. Может быть, это сухая веточка. Может, обрывок яркой нитки. А может, просто пушинка. Это не подарок. Это весточка. Знак того, что этот мир не пуст. Что даже в самый темный день кто-то прилетел к тебе просто так. А потом Епифан возвращается домой. К девочке. Садится на спинку ее кресла и устало вздыхает. Он не каркает и не хвастается. Он просто подставляет свою шершавую голову под ее маленькую ладошку. И девочка гладит его и говорит: -Хорошая работа, Епифан. Ты справился. Потому что она знает: пока есть те, кто готов лететь к чужим окнам с пушинками, мир еще можно спасти. И в этом его задание. И ее задание тоже.